Самое интересное в «Возвращении Тени» начинается там, где привычный мир Толкина ещё не сложился. Фродо пока зовут Бинго, Арагорн не появился, Чёрные Всадники только проступают из случайных строчек, а сам «Властелин Колец» больше похож на длинный поиск на ощупь, чем на готовый великий замысел.
Кристофер Толкин разбирает первые черновики отца почти как следователь: смотрит, где сменились чернила, какой лист был вложен позже, в каком месте имя вдруг стало другим. Из этих мелочей вырастает история о том, как профессор из Оксфорда после успеха «Хоббита» пытается написать продолжение и всё время уходит в сторону своей большой мифологии. Работа буксует, сюжет расползается, комические сцены соседствуют с тревогой, а на месте одного героя постепенно возникает совсем другой.
Особенно хорошо здесь видно, как рождаются знакомые вещи. Кольцо ещё не заняло своё окончательное место, Топотун только ищет дорогу к Арагорну, Том Бомбадил выглядит случайным гостем, который почему-то остаётся в тексте навсегда. И рядом всё время чувствуется сам Толкин: упрямый, сомневающийся, цепляющийся за имена, потому что именно из них у него вырастает характер и судьба.
Это книга не про приключение в Средиземье, а про его создание. Про тупики, правки на полях, месяцы остановки у гробницы Балина и тот редкий случай, когда черновики читаются почти как отдельный роман о рождении мифа.
Комментарии 0