Пришла на интервью к владельцу крупного бизнеса — а он отказывается говорить. Вместо этого предлагает контракт: месяц присматривать за его маленькой дочкой. Мне нужна работа, деньги хорошие, да и что сложного в одном ребёнке?
Сложного оказалось многое.
Девочка с кудряшками и упрямым характером не слушается, устраивает проверки на прочность и задаёт вопросы, на которые я не готова отвечать. Её отец — брутальный мужчина с жёстким взглядом — появляется в самые неподходящие моменты. Наблюдает, как я справляюсь с его дочерью. Молчит. Потом вдруг помогает. Потом снова исчезает на неделю.
Контракт рассчитан на месяц. Я уже мечтаю, как вернусь к журналистике, к нормальной жизни, где дети — это материал для статьи, а не ежедневная реальность.
Но малышка произносит одну фразу. Всего одну — и мир раскалывается.
Теперь невозможно просто уйти. Невозможно сделать вид, что ничего не произошло. Потому что я узнала то, чего знать не должна была. И потому что эта кудрявая упрямица успела стать мне важной. Как и её отец, который смотрит на меня совсем не так, как работодатель.
Месяц закончится. А дальше — решать мне.
Комментарии 0