Что страшнее: сдохнуть в зубах у волков или добровольно отдаться в лапы тому, кто ждёт в темноте?
Эмма знает ответ. Она видела, как горят глаза оборотней, и чувствовала их дыхание на затылке. Поэтому, когда стая загоняет её к чёрному провалу в скале, она выбирает пещеры. Шанс выжить там призрачный, но бежать больше некуда.
Волки останавливаются у входа. Они не рычат, не пытаются преследовать — просто замирают и ждут. Потому что знают: из этих пещер не возвращаются. Здесь хозяйничает тот, кто старше, хитрее и голоднее любой стаи.
Он находит её быстро. В кромешной тьме, где не видно собственной руки, Эмма слышит голос — низкий, вязкий, как тягучий мёд. Он не набрасывается, не рвёт когтями. Вместо этого он говорит. Плетёт слова, обволакивает обещаниями, и каждое его прикосновение — как укус, от которого хочется ещё.
Эмма понимает: она в ловушке. Но шёлк, которым он опутывает её, слишком мягок, а его объятия — слишком горячи. И с каждым часом грань между страхом и желанием тает всё быстрее.
Вопрос не в том, сможет ли она сбежать.
Вопрос в том, захочет ли.
Комментарии 0