Моя столовая в подвале кормит половину района — борщ с пампушками, котлеты как у бабушки, пироги с капустой. А через улицу какой-то Каримов открыл пафосный ресторан с «высокой кухней». Три листика рукколы за полторы тысячи — вот это издевательство.
Теперь этот наглец требует, чтобы я закрылась. Мол, порчу ему картину, клиентов переманиваю. Ещё и угрожает: проверки устроит, проводку замкнет. Я ему в ответ — мои богатенькие друзья к тебе за душевной едой бегают, потому что твои микроскопические порции никого не насыщают.
Каримов предлагает спор. Кто проиграет — закрывает бизнес.
Я отказываюсь, потому что он точно сжульничает. У него это на лице написано. Тогда миллиардер прижимает меня к стене и цедит почти в губы такое, что дыхание перехватывает.
Спор принят. Условия жёсткие. Ставки высокие. А Каримов оказывается не просто самовлюбленным мажором — он умеет готовить. И целуется так, что колени подкашиваются. И смотрит так, будто видит не пышку в заляпанном фартуке, а женщину.
Между нами война. Я должна его ненавидеть. Он пытается отобрать у меня дело всей жизни. Но почему тогда каждая наша встреча заканчивается поцелуями на кухне? И как мне теперь выиграть этот проклятый спор, когда я уже проигрываю битву с собственным сердцем?
Комментарии 0